1

Менелион Эленсуле пишет:Про Шопена

Вчера разговорились с Ностиэ на такую тему: если попросить любого прохожего назвать трёх композиторов классической музыки, кто это будет? Понятно, спрашивать надо не возле консерватории (а то услышишь про какого-нибудь Мессиана, Хиндемита или, чего доброго, Шёнберга) и не возле собора (в этом случае тебе, скорее всего, назовут Букстехуде, Видора или ещё кого-нибудь из великих органистов всех времён). Я сказал, что тройка скорее всего будет выглядеть как Бах — Моцарт — Бетховен. Ностиэ сказала, что в её случае третьим был бы Шопен (честно, я так и не понял, почему именно Шопен), а потом мы вспомнили «Лебединое озеро», которое крутили по совковому ТВ по определённым случаям, и подумали, что, возможно, в странах бывшего СССР среди старшего поколения это был бы Чайковский.
И тут я, конечно же, включил зануду/лектора и рассказал про великих композиторов-садомазохистов, которые писали дичайше сложные фортепианные произведения, что правда, исполняя их при этом сами с огромной виртуозностью. К таким монстрам относятся, без сомнения, Шопен, Лист, Рахманинов, Франк и монстр из монстров, мистический и загадочный Шарль-Валентен Алькан. Шопена многие знают по лирическим ноктюрнам, вальсам и мазуркам, которые так приятно послушать в хорошем кафе или неспешно прохаживаясь возле известных картин в музее. Но это всего лишь одна его сторона. А другая… А другая — это невероятной сложности этюды, каждый из которых наводит оторопь на неопытных пианистов и зажигает интерес в глазах виртуозов. Собственно, один из таких этюдов я и хотел бы вам показать. Фредерик Шопен, этюд оп. 25 № 12 До минор «Океан», исполняет Григорий Соколов, запись 1987 года. Обратите внимание, как хорошо передан изменчивый характер океана. И да, я считаю, что До минор — самая подходящая тональность для изображения грозной стихии.

Метки: МузыкаШопенФортепианоВиртуозы

Читать полностью


© Разработка, заклинания и дизайн — Ностиэ & Менелион Эленсуле, 2010 — 2020